Жернова истории - Страница 134


К оглавлению

134

Представитель Наркомата внутренней торговли тут же счел нужным оправдаться:

– Все это верно, но высокие цены создаются не Дальгосторгом и не Дальцентросоюзом. Попробуйте удержать конкурентоспособные цены при нынешнем уровне железнодорожных тарифов! Местная промышленность практически не развита, а чтобы завезти товары из Центра, нужно платить бешеные деньги! По сравнению с 1914 годом провозная плата от Москвы до Читы встает нам нынче более чем на 250 процентов выше, а до Благовещенска, Хабаровска, Владивостока – более чем на 400 процентов. Куда же это годится? А акцизы и пошлины? Один квадратный фут хромовой кожи стоит 90 копеек, а пошлина на него составляет 36 копеек, на килограмм краски отпускная цена три рубля, а пошлина четыре рубля. А на пару женских чулок ценой 12 рублей пошлину дерут вообще 24 рубля! – Советский торговец в раздражении махнул рукой и умолк.

Дав представителю госторговли высказаться, продолжаю:

– Удорожание товаров из-за высоких тарифов и пошлин – не единственная беда. Торговля организована из рук вон плохо. Вместо дружной конкуренции с частником госторговля и кооперативы создают нездоровую конкуренцию между собой. Наши советские купцы совершенно не знают рынка, на котором работают, а внутри самого аппарата госторговли царит безумная неразбериха. Что происходит прямо сейчас, перед закрытием северной навигации? Суда Совторгфлота уходят в северные районы ДВО едва ли не пустыми, в то время как предназначенные для снабжения этих районов запасы товаров ждут отправки во Владивостоке. В некоторые районы, населенные коренными народами Севера, товары и вовсе не попадают, из-за чего там возникла прямая угроза голода. Но даже если бы товары были завезены и у местного населения хватило бы средств на их приобретение по существующим неимоверно задранным ценам, положение вряд ли изменилось бы коренным образом. Дальгосторг частенько завозит товары, которые совершенно не отвечают потребностям населения. Ну зачем жителям Камчатки косы? А вместо жира, муки и мануфактуры, в коих ощущается острая потребность, завезены керосин, соль и прочие предметы, на сегодня имеющиеся в северных районах в достаточном количестве, поскольку уже были завезены туда тем же Дальторгом ранее!

Контрабандному вывозу пушнины способствуют не только более высокие цены на этот товар на заграничном рынке, но и предприимчивость контрабандистов, проникающих в глухие отдаленные места Дальнего Востока, да и Сибири тоже, где отстрел пушного зверя производят охотники-кустари, которые совершенно недостаточно снабжаются Всеохотсоюзом товарами и огнеприпасами. Контрабанда золота стимулируется не только тем фактом, что цена за один грамм золота, установленная Народным комиссариатом финансов, составляет 1 рубль 29 копеек, а в Китае за него дают почти два рубля. Следует добавить и то, что снабжение приисков и золотодобывающих артелей поставлено из рук вон плохо и старатели вынуждены приобретать контрабандные товары, расплачиваясь за них добытым золотом.

Здесь я сделал короткую паузу, бросил взгляд на Валериана Владимировича и задал еще один вопрос:

– Почему же контрабандисты могут использовать и используют сложившуюся разницу цен на внутреннем и на внешнем рынке с большой выгодой для себя, а наши органы внешней торговли эту разницу цен использовать не в состоянии? Причин несколько. Во-первых, и Дальвнешторг, и наши кооператоры оказались не в состоянии мобилизовать местные ресурсы для экспорта как из-за низких государственных закупочных цен, так и из-за собственной нераспорядительности. В результате они вынуждены производить закупки товаров в Китае в основном в пределах отпускаемых им кредитов, так как их собственная экспортная выручка весьма мала. Во-вторых, даже если расширить кредитование закупок товаров за рубежом, это не даст необходимых результатов в силу высоких таможенных пошлин, делающих контрабандный товар существенно более выгодным для покупателя.

Еще раз бросив взгляд на председателя ЦКК, убеждаюсь, что он внимательно следит за моим выступлением. Что же, не буду затягивать – пора переходить к выводам:

– Следует признать, что совершенный в январе 1923 года переход Дальнего Востока к общегосударственному режиму монополии внешней торговли оказался на деле поспешным и неподготовленным. И теперь мы несем от широчайшего распространения контрабанды ущерб гораздо больший, чем несли бы в случае легализации частной внешней торговли. Что же следует сделать практически для изменения к лучшему сложившегося положения? – Начинаю излагать по пунктам: – Полагаю правильным незамедлительно поддержать предложения местных товарищей по укреплению материальной базы погранохраны и таможенного контроля, по пересмотру тарифной политики НКПС для товаров, направляемых на Дальний Восток, и по введению льготного режима обложения этих товаров акцизами и пошлинами. В дополнение к этому мне представляется неизбежным повышение государственных закупочных цен на золото и пушнину, да и на сельхозпродукты, иначе мы своими руками будем продолжать выдавливать эти ценнейшие экспортные товары за границу путем их контрабандного вывоза.

Кроме того, со своей стороны считаю необходимым пойти на временное – до трех лет – смягчение условий монополии внешней торговли для Дальневосточной области, разрешив государственным, кооперативным и частным торговым организациям для наполнения местного потребительского рынка ввоз ряда товаров по особому списку с применением льготных таможенных пошлин. За это время Дальпромбюро и Дальцентроюз при поддержке местных партийных и советских органов должны напрячь все силы для поднятия местной промышленности – как государственной и кооперативной, так и частной. Местная промышленность должна усилить наполнение рынка и составить действенную конкуренцию контрабандному товару. Совершенно необходимо принять меры по укреплению аппарата Дальторга и Дальцентросоюза квалифицированными и ответственными кадрами, чтобы покончить с творящимся сейчас безобразием в деле снабжения населения даже с теми товарными фондами, которые имеются. У меня все. – С этими словами, почувствовав, что меня неслабо вымотало не столь уж длинное выступление, я медленно опустился на свой стул с потертой кожаной обивкой сиденья.

134